postmodernism

Categories:

«Институт» — новый роман Стивена Кинга о беспринципных учёных и «сиянии»

Люк Эллис — обладатель феноменального IQ и эйдетической памяти… а ещё немножко телекинетик. В свои двенадцать он собирается поступать сразу в два престижных университета, будущее его полно радужных перспектив. Но однажды ночью в его дом приходят незнакомцы, у которых на мальчика свои планы. Так Люк помимо воли оказывается в Институте: уютной тюрьме посреди глухого леса, где собирают детей, которым не посчастливилось иметь сверхспособности…

Тему детей со сверхъестественными способностями Кинг затрагивает далеко не в первый раз, так что в процессе чтения поклонники вспомнят и «Воспламеняющую взглядом», и «Доктора Сна». Впрочем, историю делают детали, а потому о самоповторе говорить не приходится. В конце концов, дар, названный «сиянием», — важный аспект вселенной Кинга. Вторичность сюжета про зловещую организацию, которая похищает людей, писатель и сам обыгрывает с беспощадной иронией: Институт с его обветшалостью и зацикленностью на устаревших догмах с самого начала выглядит реликтом, обречённым уйти в прошлое.

Роман довольно долго раскачивается, начиная рассказ не с фантастических ужасов, а с бытовой истории Тима Джемисона — бывшего копа, что работает ночным обходчиком в глухом провинциальном городке. Первые пятьдесят страниц недоумеваешь: при чём тут этот потрёпанный жизнью парень? Пазл сложится лишь к середине книги, когда сюжетная линия Люка не просто вклинится в размеренную жизнь Тима, а ворвётся в неё на всех парах.

История Люка цепляет с первых строк. Поначалу просто любопытно следить за ребёнком, в котором телекинез — далеко не самая необычная и важная черта. О детях, что внезапно обнаруживают в себе сильный фантастический дар, Кинг писал не раз, так что решил отойти от шаблона: телекинетик из Люка слабенький, устроить шоу в стиле Кэрри ему точно не по силам. Когда же мальчик попадает в Институт и знакомится с другими маленькими пленниками, ему сопереживаешь всем сердцем, — так же, как ненавидишь бессердечных работников Института, прячущих жестокость за дежурными улыбками. Для них интеллект Люка — досадный побочный эффект, приложение к сверхъестественному потенциалу, которое они не хотят учитывать.

Грустно только, что этот интеллект — постулат, доказательств которому мы так и не увидим. Люк сыплет умными цитатами и демонстрирует знания, не свойственные ребёнку, но на практике это не имеет значения. Он не строит многоступенчатых хитроумных планов, как Эндер Виггин или Артемис Фаул, — а те, что строит, работают скорее потому, что автор бессовестно ему подыгрывает. Люк не делает ничего, что не сумел бы сделать обычный умный мальчик, и выбирается из трудных ситуаций в первую очередь благодаря толковым помощникам. На фоне остальных детей он выделяется только тем, что предпринимает хоть что-то. А вот пассивность его товарищей по несчастью уже трудно объяснить.

Впрочем, это не мешает погружению в происходящее. Мастерство Кинга как рассказчика с годами не пострадало: после тормозящей завязки повествование стремительно набирает темп, и ближе к середине текст глотаешь, забыв обо всём на свете.

Запоминающихся персонажей Кинг создаёт минимумом средств, несколькими точными штрихами. Люк и его друзья не врезаются в память так, как члены «Клуба неудачников», но выходят убедительно характерными, своевольными и милыми. Сотрудники Института получились в нужной степени мерзкими, даром что Кинг не рисует их в исключительно чёрных тонах: антагонисты здесь руководствуются вполне понятной, даже благой целью, и лишь некоторые из них мучают детишек из врождённой склонности к садизму.

Потому-то финал, далёкий от однозначного хэппи-энда, оставляет тебя наедине с горьким послевкусием и моральной дилеммой прямиком по Достоевскому. Можно ли пожертвовать тысячей невинных ради самой высокой цели? Или мир, готовый платить муками детей за своё благополучие, достоин гореть в огне? Каждый даст на это собственный ответ. Кинг свой дать так и не решился.

Итог: крепкая, местами жуткая, местами трогательная история о детской дружбе и ужасах, не имеющих никакого отношения к монстрам — и оттого ещё более пугающих. Далеко не лучшая вещь Кинга, но бессонную ночь в обнимку с книгой «Институт» вполне может обеспечить.

Памяти друга

Этот роман Кинг посвятил внукам и своему другу Рассу Дорру. Они познакомились больше сорока лет назад, когда Дорр работал фельдшером; советы Дорра помогали Кингу в работе над «Противостоянием», «Мёртвой зоной», «Куджо», «Под Куполом» и многими другими романами. «Институт» стал последней книгой, при написании которой Кинг ещё мог посоветоваться со старым товарищем, — осенью 2018 года Дорр умер от почечной недостаточности.


Источник: mirf.ru

promo postmodernism may 3, 2015 22:02 7
Buy for 30 tokens
Привёл в более упорядоченный вид страницу с моими рецензиями, поскольку по данному тегу всё выходит не в алфавитном порядке, а по дате написания постов (от позднего к раннему), то этот пост станет некой рецензиотекой. Сгруппировано всё по группам "Кино", "Сериалы", "Книги", "Эссе". В последнем —…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded