August 2nd, 2015

Внимание! На экране: Рэй Брэдбери (и другие писатели)

Очень своевременно (почти в рамках серии моих постов с публикациями эссе писателей из антологии "Театр теней") maxandmum запустил очередной свой квиз, который на этот раз посвящается ролям писателей в кино. Справедливости ради, стоит отметить, что это уже второй квиз на эту тему, и, конечно, кроме фильма с Брэдбери (скриншот которого вы видите) в викторине ещё пятьдесят разных картин, но факт остаётся фактом - вот он, наш дорогой Рэй:

Внимание! На экране: Рэй Брэдбери (и другие писатели)

В общем, проходим, играем, угадываем. Хотя бы данный фильм, как это сделал я)

promo postmodernism may 3, 2015 22:02 8
Buy for 30 tokens
Привёл в более упорядоченный вид страницу с моими рецензиями, поскольку по данному тегу всё выходит не в алфавитном порядке, а по дате написания постов (от позднего к раннему), то этот пост станет некой рецензиотекой. Сгруппировано всё по группам "Кино", "Сериалы", "Книги", "Эссе". В последнем —…

Томас Монтелеоне. О рассказе «Встреча»

Том Монтелеоне.jpgНайти качественное фото Томаса Монтелеоне было непросто. Но зато нашёл, так нашёл - признанный мастер литературы ужасов, 4-кратный лауреат "Премии Брэма Стокера", однажды он снялся жанрового для календаря "12 страшных парней" (для желающих рассмотреть детали - фото кликабельно). Но его рассказ в "Театре теней" - на удивление трогательный и нежный.

Да, каюсь, я достаточно вольно обошелся с реальностью (во всяком случае, с той из реальностей, что знакома нам лучше всего) и описал встречу, которой не было. Но ведь в этом-то и заключается основная задача литературы, верно? Как еще нам сорваться с цепи и окунуться в ночную жизнь любой из бессчетных параллельных вселенных? На самом деле меня волнует только один вопрос: почему я вообще написал этот рассказ?

И ответ, как мне кажется, прост.

В юности, в годы становления, я получил пару крепких литературных ударов по голове от доппельгангеров Джима Холлоуэя и Филлипса Говарда. Когда я впервые прочел «Что-то страшное грядет», Джим Найтшейд и Уилл Холлоуэй сразу же показались мне очень знакомыми – потому что они были мной. Брэдбери стал одним из моих самых любимых писателей, поскольку я твердо уверился, что так или иначе он меня знает. Совершенно иначе, но столь же сильно меня поразил Говард Филлипс Лавкрафт. После первой же его книги, которую я прочитал, он стал одним из моих «судьбоносных» писателей, потому что знал, как меня напугать.

Совершенно по-разному, каждый по-своему, и Рэй Брэдбери, и Лавкрафт показали мне мощь языка и чистейшую, первозданную энергию воображения. Сказать, что они меня вдохновили, было бы глупо и несоразмерно – скорее оба они от меня чего-то потребовали. Они принудили меня не отмахиваться от глупостей, которыми я забивал себе голову: вот когда-нибудь я обязательно соберусь и сделаю что-нибудь небывалое… а действительно взять и сделать.

Мне нравится думать, что теперь мы партнеры, и хотя я, конечно, не столь хорош, как эти двое, но я все-таки тоже отметился литературными трудами. Для меня это большая радость и честь.

Спасибо, Рэй. Если бы не вы, ничего бы этого не было.

Томас Монтелеоне